Моросил мелкий занудный дождик. Онуфрий торопливой рысцой возвращался из магазина с двумя объемными пакетами, поеживаясь каждый раз, когда холодная капля падала за воротник.
Добежав, наконец, до подъезда, он поставил пакеты на стоявшее там старое кресло (вынесенное кем-то из жильцов, да так и оставшееся для «мелких бытовых нужд») и, переводя дух, добродушно кивнул консъержке:
— Здрасьте, Галина Васильевна! Как вы тут, стоите на страже?
— Стою, стою, — подхватила шутку та. – А вы на дверь-то нашу обратили внимание?
Обсуждение животрепещущего вопрос – в какой возмутительно поганый цвет жилищники покрасили дверь подъезда – прервало появление участкового.
— Поговорить надо, Галина Васильевна, — коротко поздоровавшись, тот перешел прямо к делу. – С 32-й квартирой неладное. Вы жильца давно видели?
— Уехал он. К сыну уехал, в гости, на три месяца. А квартиру сдал на это время. Шустрый там молодой человек поселился, к нему то и дело кто-то ходил.
— Очень шустрый, — мрачно кивнул участковый.
Онуфрий ошалело слушал, как жилец, оказался, похоже, отпетым мошенником. Каким-то образом подделал то ли документы о собственности, то ли паспорт, то ли все сразу – и дал объявление о продаже квартиры по привлекательной цене. Собрав несколько желающих воспользоваться этим выгодным предложением, поставил каждому условие – деньги сразу, до регистрации в Госреестре. Якобы срочно нужно уезжать. С теми, кто согласился на эти условия, заключил простой письменный договор и…
На регистрацию были отправлены сразу три договора. Это вызвало подозрения в регистрирующем органе.
— И ты представляешь, — рассказывал Онуфрий жене, — нашлись же такие чудаки, согласились ему деньги отдать сразу!
— Вот что значит на дешевизну польститься, — покачала головой жена. – Хозяина квартиры только жалко. Теперь затаскают старика по судам…
После сытного ужина Онуфрий, подремывая у телевизора, поймал себя на мысли: а ведь завидовал, завидовал он тому соседу, что – как ловко это он устроился, сдал квартиру, деньги получает – поди неплохой приварок к пенсии! Сам думал, что бы сдать – да нечего. А вот оно все как оказывается – не все так просто…
